§ 85-94

Рассказы о ростовской истории

  Михаил Сударушкин

6. Сначала было язычество

85 Имя Кича – верховного жреца идола Велеса – упоминается и в других топонимических преданиях из книги А.А.Титова. Так, в информации о селе Кильгине Карашской волости сказано: «По Хлебниковскому летописцу, в древности тут жил Велесов верховный жрец Кича, крещеный потом святителем ростовским Леонтием и названный Петром».

86 В информации о Мосейцеве Нажеровской волости читаем: «По преданию, на этом месте в XI в. стоял терем верховного жреца Кичи, сын которого Круглец был крещен свят. Леонтием, назван при крещении Моисеем и рукоположен был сначала в диакона, затем в священника».

87 Неоднократное упоминание Кича в ростовских преданиях представляется нам не случайным, знаменательным. Е.В.Плешанов в статье «К вопросу о происхождении названия «Ростов», к которой мы уже обращались, сделал интересное, хотя и спорное замечание: «В легенде о введении христианства в Ростове при епископе Леонтии фигурирует верховный жрец Велеса – Кича. Окончание -а в этом имени является признаком женского рода. К тому же заметно сходство с Кече-авой – матерью солнца у марийцев. А это важно, так как указывает на то, что поиски марийских и мокшанских параллелей мерянским названиям является верным направлением». Вряд ли верховный жрец Велеса мог быть женщиной, но созвучие его имени Кич (Кича) с марийским божеством Кече-авой может действительно оказаться не случайным – в ростовском язычестве явно наблюдается переплетение славянских и мерянских корней.

88 Вместе с тем не следует забывать, что в освоении Ростовского края принимали участие и кривичи. В связи с этим представляет интерес очерк В.Смирнова «Предание о волотах» – о богатырях-волотах и «волотовых» курганах на территории Верхней Волги, предания о которых широко распространены в Белоруссии («Русь», № 2-99). Автор приводит доказательства «белорусского» происхождения этих преданий, в частности, то свидетельство, что «паробком, то есть оруженосцем ростовского храбра Алеши Поповича является Якимко Торопчанин, он выходец из смоленского Торопца». И делает следующий вывод: «С определенной долей уверенности можно говорить, что «волотовы курганы», предания о «волотах-осiлках» в нашем крае связаны с освоением Верхнего Поволжья кривичской колонизацией. Отсюда близкие к коренным смоленским топонимам и названия: Мирславль, ср.: Мстиславль, Рославль». В Ростовском уезде, добавим, – село Рославлево.

89 С белорусскими преданиями о богатырях-волотах перекликается и предание о древнем поселении под Ростовом – Городце на Саре, где тоже стояло капище Велеса и «воевали «паны», перекидывая камни, топоры и плахи в Борисоглебскую слободу».

90 Назовем еще несколько топонимических преданий из книги А.А.Титова, в которых присутствуют отголоски язычества: Селище Зверинцевской волости: «По рукописи Артынова, в начале X в. на этом месте жил отшельник Крепкосмысл, обративший в христианство Пимну, дочь языческого верховного жреца, за что он и был убит вместе с новообращенной».

91 Турово Дубровской волости: «По одному предположению, название деревни происходит от имени языческого бога Тура или Ярила, а по Хлебниковскому летописцу, на этом месте жил волшебник Тур, по прозванию «Железный клык», убитый потом ростовским князем Вихреславом».

92 Сытино Вощажниковской волости: «Согласно рукописи, на месте деревни жил ростовский боярин Сота, вместе с дочерью замученный язычниками за исповедание христианской веры».

93 Поклоны Зверинцевской волости: «По преданию, на этом месте находилась священная роща, под огромным дубом стояла божница идола Ярилы или Ярсита. По другой рукописи, на месте с. Поклон стояла божница Грома и здесь же жил его верховный жрец, принося в жертву идолу пленных людей».

94 Мятежово Шулецкой волости: «По Хлебниковскому летописцу, на этом месте «сметеся великий жрец Богомил», когда убил свою дочь за исповедание христианской веры, а потом, смотря на ее труп, убил и себя».

наверх

Исчезнувшее Свидетельство

left
Система Orphus